Стратегический нефтяной запас Шредингера: нефть в США есть, но достать её не могут — аналитика SforNews

5 Июл, 2026
| Salome K

СТРАТЕГИЧЕСКИЙ НЕФТЯНОЙ ЗАПАС ШРЕДИНГЕРА: НЕФТЬ В США ЕСТЬ, НО ДОСТАТЬ ЕЁ НЕ МОГУТ

ДИСКЛЕЙМЕР

Настоящий материал представляет собой аналитический обзор, подготовленный редакцией журналов «Кафедра» и SforNews на основе открытых данных. Материал носит информационный и аналитический характер. Не является инвестиционной рекомендацией или призывом к действию. Все выводы носят вероятностный характер.

ВВЕДЕНИЕ: НЕФТЯНОЙ ПАРАДОКС

У США есть стратегический нефтяной резерв (SPR) — крупнейший в мире. Но в критический момент, когда мир столкнулся с Ормузским кризисом и ростом цен на нефть, выяснилось, что четверть этой нефти невозможно поднять на поверхность. Это не техническая проблема. Это системный провал, который ставит под вопрос способность США реагировать на глобальные энергетические кризисы.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: ЧТО ПРОИЗОШЛО

Цифры:

• Объём SPR на конец июня 2026 года — 325,655 млн баррелей — минимальный уровень с 1983 года [1][2][3].

• Более 25% запасов нефти сегодня невозможно поднять на поверхность из-за изношенной инфраструктуры [2][9].

• Мощности по откачке составляют лишь 61% от проектных, по приёму — 56% [2].

• На восстановление инфраструктуры требуется около $230 млн [2].

Почему это произошло:

1. Многолетняя эксплуатация объектов без модернизации [3].

2. Масштабные распродажи нефти в период энергокризиса 2022 года (180 млн баррелей) и весной 2026 года (ещё 172 млн баррелей) [1][2].

3. Перенос ремонтов и модернизации хранилищ на неопределённый срок [3].

Результат: Если запланированные поставки будут выполнены полностью, SPR может опуститься ниже 250 млн баррелей — это станет самым низким значением за всю историю существования резерва [3].

ЧАСТЬ ВТОРАЯ: ПОЧЕМУ ЭТО ВАЖНО СЕЙЧАС

США создавали SPR как страховку на случай экстренных перебоев с поставками нефти. Идея простая: если внешние поставки прерваны, страна использует резервы.

Но сейчас ситуация вокруг Ормузского пролива остаётся крайне напряжённой. После подписания меморандума о перемирии 17 июня транзит через пролив частично восстановился, однако новые атаки на суда 24–25 июня вновь поставили под сомнение хрупкое перемирие [8][13]. США и Иран согласились на временное прекращение огня и возобновление переговоров в Катаре, но рынок остаётся в состоянии неопределённости [14].

Поставки из Катара и ОАЭ частично нарушены [3]. Европейские страны ищут альтернативные маршруты [5][8]. Цена Brent колеблется в диапазоне $72–75 за баррель и сохраняет потенциал для роста [4][5][12].

В такой ситуации SPR должен был стать главным инструментом стабилизации рынка. А он сломан.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: ПОСЛЕДСТВИЯ ДЛЯ ГЛОБАЛЬНОГО РЫНКА

Для США:

• Потеря возможности оперативно реагировать на новые кризисы [3].

• Рост уязвимости перед внешними шоками.

• Снижение доверия к SPR как к инструменту стабилизации.

• Рост затрат на импорт нефти при сохранении высоких цен.

Для мира:

• «Страхование» не работает. SPR был важнейшим элементом глобальной энергетической безопасности. Если он не работает, рынок остаётся без страховки [3].

• Доверие к США как к гаранту стабильности подорвано. Мир видел США как страну, способную в любой момент выбросить на рынок миллионы баррелей. Теперь это невозможно.

• Ормузский кризис становится ещё более опасным. Без SPR у США меньше рычагов влияния на Иран и меньше возможностей сдерживать рост цен [3][8].

Что говорят эксперты:
«Дальнейшее сокращение запасов и необходимость масштабной модернизации могут ограничить возможности США оперативно реагировать на новые кризисы на мировом нефтяном рынке» [3].

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ: СРАВНЕНИЕ С РОССИЕЙ И КИТАЕМ

Ситуация с SPR показывает, что США, несмотря на статус крупнейшего производителя нефти, оказываются в уязвимом положении.

• Россия: не имеет крупного стратегического резерва в классическом смысле, но полагается на экспортные потоки и ограничения добычи по ОПЕК+ [11].

• Китай: создаёт собственные стратегические запасы, но их объёмы и состояние неизвестны; Китай импортирует более 60% нефти с Ближнего Востока и напрямую зависит от Ормузского пролива [7][8].

• США: крупнейший резерв в мире, но четверть нефти недоступна, инфраструктура изношена, а политика распродаж истощила запасы [1][2][3].

ГЛАВНЫЙ ВЫВОД: НЕФТЬ ЕСТЬ, НО ДОСТАТЬ ЕЁ НЕЛЬЗЯ

США оказались в парадоксальной ситуации. У них есть нефть — треть триллиона баррелей. Но из-за изношенной инфраструктуры и политических решений прошлых лет они не могут использовать её в момент, когда она нужна больше всего.

Ирония судьбы: SPR стал символом не столько мощи США, сколько их уязвимости. Технология, инфраструктура, управление — всё это оказалось слабее, чем предполагалось.

В мире, где Ормуз остаётся зоной неопределённости, а цены на нефть сохраняют тенденцию к росту, стратегический резерв должен быть основным оружием. А он — «шрёдингеровский кот»: нефть есть, но достать её нельзя.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

[1] US Energy Information Administration (EIA), «Weekly Petroleum Status Report», последняя неделя июня 2026 года.

[2] Reuters, «USA Strategic Petroleum Reserve Technical Problems», 1 июля 2026 года.

[3] Investing.com, «Стратегический нефтяной запас Шредингера: в США есть нефть, но пустить на рынок её не могут», 2 июля 2026 года.

[4] Finam.ru, «Нефть Brent превысила $73 за баррель», 30 июня 2026 года.

[5] Investing.com, «Ормузский кризис не сломал газовый рынок Европы», 17 июня 2026 года.

[6] IEA, «World Energy Investment Report 2026», май 2026 года.

[7] IEA, «State of Energy Policy 2026», июнь 2026 года.

[8] Elysée.fr, «G7 Leaders’ Statement on Energy Security and the Strait of Hormuz», 17 июня 2026 года.

[9] EIA, «SPR Storage and Capacity Data», июнь 2026 года.

[10] Goldman Sachs, «Commodities Outlook 2026», 2026 года.

[11] ОПЕК+ — данные о добыче и ограничениях на 2026 год.