Оман — новый игрок на доске или пешка в руках Трампа? Геополитика, нефть и биткоин | SforNews

ОМАН — НОВЫЙ ИГРОК НА ДОСКЕ ИЛИ ПЕШКА В РУКАХ ТРАМПА?

Диагноз старой модели и место в новой энерго-цифровой системе

ДИСКЛЕЙМЕР

Настоящий материал представляет собой аналитическое исследование, подготовленное редакцией журналов «Кафедра» и SforNews в рамках цикла работ о трансформации глобальной энергетической и финансовой архитектуры. Материал основан на открытых данных, официальных документах, публичных заявлениях и аналитических материалах независимых экспертов.

Материал не является юридической консультацией, инвестиционной рекомендацией или призывом к действию. Авторы не дают советов по покупке, продаже или хранению каких-либо активов, включая криптовалюты. Все выводы носят вероятностный и аналитический характер. Редакция не несёт ответственности за любые финансовые или юридические решения, принятые на основе прочитанного.

О СЕРИИ СТАТЕЙ

Данный материал продолжает цикл статей, посвящённых анализу готовности различных стран и регионов к переходу на новую энерго-цифровую систему. Цикл является доказательной базой к Меморандуму «Архитектура новой энерго-цифровой системы» и призван наглядно демонстрировать:

Каждая статья серии представляет собой архитектурный диагноз конкретной страны или региона с точки зрения её готовности к глобальному переходу.

Предыдущие статьи цикла: «ОАЭ — архитектор новой системы», «Иран — биткоин как оружие выживания», «Россия — энергетический суверен без стратегии», «Япония — ловушка нулевой ставки», «Турция — лира, гиперинфляция и уход в крипту».

ВВОДНАЯ ЧАСТЬ: КРАТКИЙ ДИАГНОЗ

Оман — самая неожиданная точка на карте новой энерго-цифровой системы. Это страна, которая одновременно является:

Парадокс Омана: страна, которая десятилетиями была «тихим партнёром» Вашингтона в регионе и размещает американские войска, оказалась под угрозой бомбардировок со стороны США. Оман ведёт переговоры с Ираном за спиной Вашингтона — и за это Трамп грозит ему войной [8].

Оман не строит новую систему агрессивно, как ОАЭ. Он не вынужден строить её для выживания, как Иран. Он встраивается в новую систему — осторожно, прагматично, но с собственным курсом. И этот курс вступает в противоречие с американскими интересами.

РАЗДЕЛ 1. СТАРАЯ МОДЕЛЬ: ЧТО БЫЛО, ЧТО СЛОМАЛОСЬ

Оманская экономическая модель последних десятилетий строилась на трёх столпах:

Эта модель работает, но даёт сбои.

Экономика устойчива, но уязвима. МВФ прогнозирует рост ВВП Омана на 3,7% в 2026 году [9]. Фискальный профицит достигнет 4,5% ВВП [10]. Государственный долг снизился до 34,7% ВВП [11]. Инфляция остаётся низкой — 2,8% в январе–мае 2026 года [12]. Но региональный конфликт уже затронул туризм и строительство, а дальнейшая эскалация может ослабить несырьевой экспорт и приток инвестиций [13].

Зависимость от нефти сохраняется. Даже при диверсификации, углеводороды остаются основой бюджета. В 2026 году стратегия предусматривает бурение 64 разведочных скважин и поддержание добычи на уровне 1 млн баррелей в день [2]. Оман продолжает инвестировать в разведку: в 2026 году объявлен тендер на 5 концессионных участков [14].

Дипломатический нейтралитет под угрозой. Оман десятилетиями был «Швейцарией Ближнего Востока» [3] — посредником между США и Ираном. Но в 2026 году этот нейтралитет становится всё более хрупким. Оман ведёт переговоры с Ираном, но США требуют, чтобы он «вёл себя правильно» — или будет бомбить [8].

Карта (нефтяные доходы, дипломатический нейтралитет, транзит) перестала отражать территорию (угрозы Трампа, самостоятельные переговоры с Ираном, растущие геополитические риски).

РАЗДЕЛ 2. ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПРОФИЛЬ: ЧТО ЕСТЬ, ЧЕГО НЕТ

Оман — не энергетический гигант уровня Саудовской Аравии или ОАЭ, но стратегический игрок.

Что есть	Чего нет
Запасы нефти: 4,7–5,5 млрд баррелей [1]	Собственного избытка газа для масштабного майнинга — часть газа уходит на экспорт
Запасы газа: 22,3 трлн куб. футов [1]	Энергетического суверенитета — зависит от региональной стабильности
Добыча нефти: ~1 млн баррелей в день [2]
Экспорт СПГ: более 11 млн метрических тонн [15]
Стратегическое расположение у Ормузского пролива

Ключевой факт: Оман — не просто производитель энергии. Он контролирует южный берег Ормузского пролива — одного из самых важных энергетических коридоров мира [3]. Через пролив до войны проходило около 20% мировой нефти [16]. Контроль над проливом даёт Оману геополитический рычаг, непропорциональный его экономическому весу.

Стратегия «Оман 2040». Оман активно диверсифицирует экономику. В июле 2026 года суверенный фонд Future Fund Oman объявил о 105 стратегических проектах на $1,74 млрд — в возобновляемой энергетике, передовом производстве, туризме, здравоохранении и пищевой промышленности [17]. Это часть долгосрочной стратегии по снижению зависимости от нефти.

Итог: Оман обладает достаточными энергоресурсами для обеспечения стабильности, но не для того, чтобы стать глобальным энергетическим гигантом. Его главный актив — не столько сама энергия, сколько контроль над энергетическим коридором и дипломатический капитал посредника.

РАЗДЕЛ 3. ПОЗИЦИЯ ПО МАЙНИНГУ И КРИПТОВАЛЮТАМ

Здесь — главный стратегический ход Омана в новой системе.

Фактическая ситуация: Оман не просто разрешает майнинг — он создаёт государственную инфраструктуру для него. В отличие от ОАЭ, которые строят регулируемую среду, Оман строит государственный пул.

Omanhash.om — обязательный национальный биткоин-пул.

В июне 2026 года Министерство транспорта, связи и информационных технологий Омана запустило Omanhash.om — обязательный национальный биткоин-пул для всех лицензированных майнеров [5].

Ключевые параметры:

Инвестиции в инфраструктуру. Майнинговая инфраструктура в Салала-Фри-Зоне привлекла более $700 млн с 2022 года [20]. Компания Exahertz управляет крупным майнинг-центром с инвестициями около $350 млн [19]. Проект Green Data City завершил первую фазу на 200 МВт и планирует расширение до 400 МВт [19].

Что даёт Оману государственный пул?

Парадокс Омана: он предупреждает граждан об опасностях криптовалют [23], но одновременно создаёт государственную инфраструктуру для майнинга. Он не признаёт криптовалюты платёжным средством, но строит национальный пул. Это прагматизм: государство использует биткоин как инструмент монетизации энергии и диверсификации, а не как средство обмена.

РАЗДЕЛ 4. ПОЗИЦИЯ ЦЕНТРАЛЬНОГО БАНКА ОМАНА (CBO)

Центральный банк Омана — один из самых осторожных, но последовательных регуляторов в регионе.

Инструменты:

Новый элемент: цифровой риал (CBDC).

В июне 2026 года Центральный банк Омана объявил о поиске международного консультанта для программы CBDC [24]. Заявки принимались до 28 июня 2026 года [25].

Ключевые детали:

Региональный контекст. В Персидском заливе CBDC активно развивают ОАЭ и Саудовская Аравия [29]. Оман догоняет, но не торопится. В мире более 130 стран изучают CBDC [30].

Парадокс CBO: он развивает цифровой риал как инструмент контроля и модернизации, но одновременно позволяет частному сектору (майнинг) использовать биткоин. Это не противоречие — это гибридная стратегия: государственная CBDC для финансовой системы, биткоин для монетизации энергии.

РАЗДЕЛ 5. ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ: ОРМУЗСКИЙ ПРОЛИВ И УГРОЗЫ ТРАМПА

Этот раздел — ключевой для понимания текущего положения Омана.

Что происходит в Ормузском проливе?

С начала войны между США и Ираном (февраль 2026) Иран фактически закрыл пролив [31]. Оман, контролирующий южный берег, ведёт переговоры с Ираном о возобновлении судоходства [3].

17 августа 2026 года иранские официальные лица заявили, что они близки к финализации соглашения с Оманом по судоходству через пролив [4]. Иранский представитель сообщил, что «достигнуто понимание относительно карты транзитного маршрута» [32].

Что не нравится США?

Угрозы Трампа.

17 августа 2026 года Трамп заявил в интервью Fox News: «If Oman gets in the way, we’ll bomb the s** out of them»* [8].

Это вторая угроза за четыре месяца. В мае 2026 года Трамп уже говорил: «Oman will behave just like everybody else, or we will have to blow them up» [37].

Реакция экспертов.

Архитектурный смысл: Оман оказался в центре конфликта не потому, что хочет воевать, а потому что он единственный, кто может говорить с Ираном. Его нейтралитет — его сила. Но эта же сила делает его мишенью для Трампа, который не терпит самостоятельности союзников.

РАЗДЕЛ 6. АРХИТЕКТУРНЫЙ ВЫВОД: КАКОЙ ПУТЬ ДОСТУПЕН ОМАНУ

Оман — единственная страна, которая одновременно:

В отличие от ОАЭ, Оман не строит новую систему как архитектор. Он строит её как прагматичный игрок, который использует все доступные инструменты: нефть для доходов, биткоин для диверсификации, CBDC для модернизации, дипломатию для выживания.

В отличие от Ирана, Оман не вынужден строить новую систему для выживания под санкциями. У него есть доступ к глобальной финансовой системе, и он не является изгоем.

В отличие от России, Оман имеет стратегию — «Оман 2040» — и последовательно её реализует.

В отличие от Турции, Оман не страдает от гиперинфляции и девальвации. Его экономика стабильна, а инфляция низкая [12].

Слабые места Омана:

Главный вывод:

Оман не будет «импортировать» биткоин, как Европа. У него есть своя энергия и свои майнеры. Он будет добывать биткоин — и делать это через государственную инфраструктуру.

Биткоин для Омана — не «энергетический купон» (как для России) и не «инструмент выживания» (как для Ирана). Это инструмент диверсификации и суверенитета — способ снизить зависимость от нефти и создать новый источник дохода.

Но главный вызов Омана — не технологический и не экономический. Это геополитический. Оман пытается балансировать между США и Ираном, между старой системой (нефть, доллар, американские базы) и новой (биткоин, CBDC, многополярность).

Вопрос не в том, будет ли Оман использовать биткоин. Вопрос в том, сможет ли он сохранить свой нейтралитет и независимость в мире, где даже союзники становятся мишенями.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: КАК ОМАН ВПИСЫВАЕТСЯ В ГЛОБАЛЬНЫЙ ПЕРЕХОД

Оман — не архитектор новой системы и не её жертва. Оман — мост и эксперимент одновременно.

Европа станет вечным импортёром биткоина — потому что у неё нет энергии.

Китай строит параллельную инфраструктуру — потому что у него есть стратегия.

США пытаются удержать доминирование через биткоин-резерв — потому что доллар больше не работает.

Россия может стать энергетическим сувереном — но у неё нет стратегии.

Иран строит биткоин-экономику — потому что у него нет другого выбора.

ОАЭ строят всё сразу — потому что у них есть ресурсы и прагматизм.

Оман балансирует. Он строит новую систему (биткоин-пул, CBDC), но остаётся в старой (нефть, доллар, американский альянс). Он ведёт переговоры с Ираном, но не рвёт отношения с США. Он хочет быть «Швейцарией Ближнего Востока» — нейтральным посредником, который дружит со всеми.

Но в мире, где даже нейтралитет становится угрозой для гегемона, балансировать всё сложнее. Угрозы Трампа — это сигнал: Оман больше не может быть «тихим партнёром». Ему придётся выбирать.

Глобальный смысл: Оман показывает, что даже небольшая страна может использовать новые инструменты (биткоин, CBDC) для укрепления суверенитета. Но она также показывает, что технологический суверенитет невозможен без геополитического. Пока Оман зависит от американских баз и доллара, он остаётся уязвимым. Его биткоин-пул — это шаг к новой системе. Но завершит ли он этот переход — зависит не от технологии, а от политики.

Вопрос не в том, сможет ли Оман использовать биткоин. Вопрос в том, сможет ли он выжить как независимый игрок в мире, где даже союзники становятся врагами.

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

[1] Oman Observer — Oman’s energy reserves and production data (2026)

[2] Oman Observer — Updated energy strategy targets production boost (13 May 2026)

[3] CNN — Trump’s threats anger Omanis, leave observers puzzled (18 August 2026)

[4] Al Jazeera — Iran and Oman close to finalizing Hormuz shipping agreement (17 August 2026)

[5] BitMart — Oman launches national Bitcoin mining pool for licensed miners (19 June 2026)

[6] Edgen.tech — 阿曼推出强制性国家比特币矿池，初始算力达10 EH/s (26 June 2026)

[7] Al Jazeera — Why has Trump threatened to bomb Oman – for a second time? (18 August 2026)

[8] BBC News — Trump threatens to bomb Oman if it ‘gets in the way’ over Iran issue (17 August 2026)

[9] Economy Middle East — IMF raises Oman’s 2026 growth forecast to 3.7 percent (17 June 2026)

[10] IMF — Oman Fiscal Monitor Report (2026)

[11] Economy Middle East — Oman’s debt falls to 34.7% of GDP (2026)

[12] Economy Middle East — Oman inflation remains low at 2.8% (2026)

[13] IMF — Regional conflict impact on Oman (2026)

[14] Oman Observer — Oman announces tender for 5 concession blocks (2026)

[15] Oman Observer — Oman LNG exports exceed 11 million metric tons (2026)

[16] Reuters — Oman-Iran talks on Hormuz exclude US (2026)

[17] Future Fund Oman / Zawya — Oman’s future fund unveils $1.74bln development projects (16 July 2026)

[18] Edgen.tech — Omanhash operators: Frontier Technologies and Enegix Global (2026)

[19] BitMart — Oman mining infrastructure and investment details (2026)

[20] Edgen.tech — Salalah Free Zone mining infrastructure attracts $700M+ (2026)

[21] BitMart — Omanhash transparency and oversight (2026)

[22] BitMart — Oman’s supply-side bitcoin diversification strategy (2026)

[23] Central Bank of Oman — Public warning on cryptocurrency risks (2026)

[24] Oman Observer — Oman gears up to push Central Bank Digital Currency plans (18 June 2026)

[25] Central Bank of Oman — CBDC program consultant search (June 2026)

[26] Central Bank of Oman — CBDC program objectives (2026)

[27] Central Bank of Oman — Independent evaluator for CBDC (2026)

[28] Central Bank of Oman — CBDC international standards compliance (2026)

[29] Central Bank of Oman — Regional CBDC context: UAE and Saudi Arabia (2026)

[30] Central Bank of Oman — Global CBDC adoption: over 130 countries (2026)

[31] Reuters — Iran closes Strait of Hormuz (February 2026)

[32] Al Jazeera — Iran: ‘Understanding reached’ on Hormuz transit route map (17 August 2026)

[33] CNN — US excluded from Hormuz talks, undermining influence (2026)

[34] Reuters — Iran seeks 5-7% toll on Hormuz passage (2026)

[35] Reuters — US opposes any Iranian Hormuz tolls (2026)

[36] Reuters — Oman’s ‘voluntary fees’ proposal rejected by US (2026)

[37] Al Jazeera — Trump’s first Oman threat: May 2026 (2026)

[38] CNN — Former US Ambassador Marc Sievers on Trump’s threats (18 August 2026)

[39] CNN — Hasan Alhasan (IISS) on Oman’s mediating role (18 August 2026)

[40] CNN — Oman government declines to comment (18 August 2026)

СЛЕДУЮЩАЯ СТАТЬЯ ЦИКЛА: «Великобритания — между рецессией и инфляцией: фунт, энергетическая зависимость и регуляторное лидерство в крипте»

© 2026, редакция журналов «Кафедра» и SforNews. При цитировании ссылка на первоисточник обязательна.

🔗 БОЛЬШЕ АНАЛИТИКИ — НА SforNews https://sfornews.com/